March 30th, 2012

основной

"Мне получше, сынок…"

В день весеннего равноденствия, 21 марта, не стало мамы.
Еще пять дней назад мы, приехав за две тысячи верст по тревожному вызову маминых подруг, с нею виделись. За неполную неделю этого моего странного отпуска она, казалось, снова воспряла духом, даже шутила.
Мы, как ребёнка, журили ее за несоблюдение режима и простительные капризы. Шутливо подозревали, что она просто соскучилась и потому позвала нас таким пугающим призывом.
Мы составляли планы ее лечения и бессолевой диеты, сообща уговаривали прислушиваться ко всем требованиям врачей.
Она кивала и говорила каждый день ту фразу, которой уже почти год пользовалась как  отзывом на пароль, когда мы звонили ей из нашего северного далека:
- Мамочка, как ты себя чувствуешь?
- Да получше…
Мы даже подшучивали: мол, мам, если сложить все твои еженедельные «получше», дух захватывает от той высоты, на которой должно сейчас быть твоё здоровье и самочувствие!
Она изболелась, устала, и тут не дух захватывало, а сердце сжималось. Но мама всячески демонстрировала: всё это временно, я поднимусь, как всегда…
И уезжая, почему-то не сомневались, что – шанс есть, и она пойдёт на поправку. И к концу весны мы снова свидимся – зиму ведь пережили, а она, зима, сей год в Саратове на редкость зимней выдалась.
Вот только бы приглашенный на следующий вторник сосудистый хирург проконсультировал хорошо да назначил что необходимо.
… И вот оно 21 марта. Мама вторые сутки в больнице. Врачи не пугают, но и не обнадёживают.
Мы поздно вечером говорим по телефону с братом, снова составляем планы. Мол, завтра, когда поедешь в больницу, обязательно выспроси, какие нужны лекарства. Любые добудем.
Мы всё оговорили с братом по телефону, и завтра должен был наступить новый напряженный день. Да, ожидания, да, тревоги. Но – день, за которым наступит и следующий, и еще. День перелома после равноденствия, чтобы потом – к весне, к лету. Чтобы стало «получше»…
Но всего полчаса прошло после того разговора, и брат перезванивает: из больницы сообщили – в семь вечера мамы не стало …
В воскресенье, после отпевания, маму похоронили. Рядом с отцом, воссоединения с которым она ждала без малого семь лет.
И все эти дни, что мы вновь были с мамой, она незримо, но абсолютно осязаемо была рядом с нами.
На душе было очень светло, только иногда накатывало недоумение: мама, ты же здесь, почему не выйдешь к нам?
И внутри даже не слышалось, а ощущалось, как она утешает нас: «Мне – получше». И не верить этому было нельзя.
Мамочка, ты с нами. И я знаю, что тебе – получше.

...На снимке тебе, мамочка, вдвое меньше, чем мне сейчас. Но я где-то читал, что к Богу души приходят именно в том, расцветном, полном красоты возрасте. В таком, наверное...