May 29th, 2012

seneka

Посоны ваще... бабы? или Почему поведение гопоты так похоже на капризы истеричек

Замечательный философ, социолог и исследователь массового сознания, которого я с гордостью считаю своим учителем, Борис Андреевич Грушин рассказывал о том, как он в начале 60-х начал заниматься феноменом массового сознания.
Тогда он работал в газете «Комсомольская правда», при которой основал «Институт общественного мнения». В ходе одного из социологических исследований проводился опрос на тему «Причины разводов в СССР». И, как рассказывал Б.А., в редакцию пришли несколько интересных анкет.
По всем объективным характеристикам – возраст, пол, социальное происхождение, занимаемый статус – авторы писем были совершенно разными, но ответ в их анкетах был словно под копирку: «НЕ ДЕВКОЙ ВЗЯЛ».
Как? Как получается, что люди, которых даже классово детерминированная марксистско-ленинская идеология развела бы по разным углам и слоям социального поля, демонстрируют такое единомыслие?
Из того опроса и выросли, преодолевая естественное сопротивление идеологии, многочисленные исследования феномена массового сознания. К некоторым из них и я имел некоторое отношение, занимаясь в начале 80-х на спецсеминаре Бориса Андреевича при факультете журналистики МГУ.
Эту историю я вспоминаю периодически, сталкиваясь с одним пока не до конца понятным мне феноменом.

Collapse )
основной

Письмо Гоголя к нам: "Вспомните, что вы учились кое-как..."

Замечательный пост у dimagubin. И его публикация Подвиг революционера в период реакции - очень толковая.
Всем, кто ищет свой путь в нынешней революционной ситуации, очень и очень рекомендовал бы вдумчиво прочесть.
Мне приятно осознавать, что написан этот текст моим однокашником, только на курс младше меня учившегося на факультете журналистики МГУ. И, не сомневаюсь, - посещавшего прекрасные лекции Эдуарда Григорьевича Бабаева по истории русской литературы.
Одну из лекций я помню до сих пор.
Даже тетрадь с теми конспектами сейчас достал, освежить в памяти детали.
То была лекция о Белинском и Гоголе. О той коллизии, которая возникла между двумя писателями после выхода книги Гоголя "Выбранные места из переписки с друзьями". О знаменитом (и постоянно, форсированно в советское время упоминавшемся) "Письме Белинского Гоголю" - с непременным добавлением: "первый образец неподцензурной печати".
Белинский, который просто пылал в полемическом запале, во многом упрекал Гоголя - прежде всего за "незнание русского народа", которому, дескать, не молитвы нужны. И вообще, народ - он этакий безбожник тайный: одной рукой крестится, другой в срамном месте чешет.
Письмо Белинского разошлось в списках, и всякий себя уважающий рэволюционер, народоволец, этот текст знал - вместо "Отче наш", но как "Отче наш" революционной публицистики.
А что Гоголь? Смолчал - смиренно, по-христиански?
Нет! Николай Васильевич, рассказывал на лекции Э.Г.Бабаев, ответ-то написал! (В школе нам о том не говорили, и это было откровением уже...)
Были в том ответе увещевательные интонации, в том числе и "от Акакия Акакиевича": мол, зря вы так резко меня отчитываете - я кое-что для России сделал, и знаю ее не понаслышке. Были и предостерегающие ноты: "Сгорите вы, как свечка, и других сожжете".
И еще, очень важное: вам, дорогой мой критик, надобно было учиться, надобно было больше читать...
(В письме, надо сказать, сказано жестче: "Возьмитесь снова за свое поприще, с которого вы удалились с легкомыслием юноши. Начните сызнова ученье. Примитесь за тех поэтов и мудрецов, которые воспитывают душу. Вы сами сознали, что журнальные занятия выветривают душу и что вы замечаете наконец пустоту в себе. Это и не может быть иначе. Вспомните, что вы учились кое-как, не кончили даже университетского курса. Вознаградите это чтеньем больших сочинений, а не современных брошюр, писанных разгоряченным умом, совращающим с прямого взгляда."
Но это письмо Гоголь не опубликовал, не отдал в "неподцензурную печать". Порвал письмо - аккуратно - и в корзину бросил.
Только благодаря его ученику письмо до потомков дошло: ученик достал бумагу из корзины и сохранил для истории (кстати, только в середине ХХ века письмо стало доступно массовому читателю).
Вряд ли, считал Бабаев, Гоголь был против такого поворота. Если бы он хотел уничтожить записки - уничтожил бы, как уничтожил в огне второй том "Мёртвых душ". Надеялся, наверное, Николай Васильевич, что со временем увидит благодарный русский читатель, что - было чем ответить автору "Тараса Бульбы" и "Ревизора" на критику "неистового Виссариона"...
... Вот и сейчас Д.Губин возвращает нас, неистовых, к тому, что "надобно учиться, надобно читать".
Поскольку "случись революция сейчас, она будет революцией невеж против негодяев (приспособивших, говоря словами хирурга Амосова, истину к безопасности), и не даст никакого переформатирования матрицы, и русское колесо покатит дальше по 500-летнему кругу. Сменится имя у деспота, да тональность гавканья у его шавок – и все дела."
И приводит одну "примечательную фразу, что для революционера в условиях реакции самообразование становится подвигом, а все остальное – подсобным делом."
И в тексте - к моему горчайшему стыду - приводит такое количество источников, которые "надобно читать", что жутковато становится за свое невежество. Прав он: я, как и многие преисполненные духа протеста "в смысле образования и знаний о мире, – дети СССР, краткого курса ВКП(б) и советских мыслительных шаблонов".
Но, похоже, другого пути нет. Надо заново учиться.
Потому что сегодня, пылая справедливым гневом к узурпатору и его клике, не хотелось бы по невежеству подтолкнуть русское колесо по новому 500-летнему циклу. Это - очень отрезвляет.
Спасибо Эдуарду Григорьевичу и Диме Губину.
И Николаю Васильевичу, конечно.